Мир может развалиться на валютные зоны

The Wall Street Journal признал решение о блокировке валютных резервов Центробанка России стратегическим просчётом США

«Санкции, введённые американским президентом Джо Байденом против России, показали всем, что валютные резервы, накопленные центральными банками, могут быть изъяты», — утверждает экономический обозреватель Джон Синдро в своей статье для The Wall Street Journal (WSJ). Если Китай примет это к сведению, это может изменить геополитику, управление экономикой и международную роль доллара США, прогнозирует Синдро.

США и их союзники закрыли российскому центральному банку доступ к части его иностранных резервов. Автор WSJ утверждает, что на сумму 630 млрд долл., но реальная заблокированная сумма меньше.

Использование валютной системы против страны, входящей в G20, по его мнению, будет иметь долгосрочные последствия и обратит вспять тенденцию, продолжавшуюся практически четверть века — с азиатского финансового кризиса 1997 г. Тот кризис так напугал развивающиеся страны, что заставил их старательно накапливать валютные резервы, чтобы защитить свои валюты от возможного краха.

В результате такой политики, по данным Международного валютного фонда (МВФ), резервы центробанков выросли с менее чем 2 трлн долл. в 1997 г. до рекордных 14,9 трлн долл. в 2021 г. Начавшаяся в США инфляции спровоцировала центральные банки на ускоренные покупки золота и перевод своего золота из Форт-Нокса и хранилищ Банка Англии в собственные хранилища. Доля золота в валютных резервах выросла, но всё равно составляет лишь 13% активов центробанков. Иностранные валюты составляют 78%. Остальное — это их позиции в МВФ и специальные права заимствования, или SDR — особая квазивалюта, созданная МВФ для расчётов между центробанками.

До сих пор экономисты рассматривали государственные валютные резервы или как сбережения в копилке, которые могут быть в нужный момент извлечены и потрачены на что-то нужное, или как инвестиции, сделанные в реальную экономику страны-эмитента.

Решение США по блокировке активов Центробанка России продемонстрировало всем ошибочность такого взгляда. Все валюты, кроме золота, являются не безусловной ценностью, а чьей-то ответственностью. И в определённой ситуации кто-то может принять решение, в результате которого они просто ничего не будут стоить. Прецеденты такого рода уже были. В прошлом году после прихода в Афганистане к власти талибов, МВФ приостановил доступ Афганистана к валютным фондам, размещённым в американских банках, и к SDR. Длительная история санкций против Ирана подтвердила, что даже хранение резервов в офшорах не останавливает Казначейство США от принятия мер.

История с сингапурской компанией CSE TransTel показывает, что простое использование доллара за рубежом может нарушать санкции, если исходить из того, что клиринг по долларовым платежам даже тех компаний, которые заключают сделки в других юрисдикциях, в конечном итоге происходит на территории США.

Между компанией TransTel и иранскими компаниями были заключены договора о поставке и установке телекоммуникационного оборудования для ряда энергетических проектов в Иране и/или территориальных водах Ирана. Компания TransTel и её материнская компания CSE Global обслуживали счёт в долларах США (USD) неамериканского финансового учреждения в Сингапуре. С июня 2012 г. по март 2013 г. компании TransTel и CSE Global направили 104 перевода в долларах США через сингапурский банк третьим сторонам, связанным с Ираном, в том числе нескольким иранским сторонам, на общую сумму более 11,1 млн долл. Эти переводы, в которых отсутствовала ссылка на Иран, очевидно привели, как посчитали в США, к косвенному экспорту американскими финансовыми институтами финансовых услуг в Иран.

После расследования Управление по контролю за иностранными активами (Office of Foreign Assets Control или OFAC), которое занимается в США вопросами финансовой разведки, планированием и применением экономических и торговых санкций, наложило на две сингапурские компании штраф в размере 12 млн долл.

Америке долго удавалось сдерживать попытки Китая интернационализировать юань, указывая, что, в отличие от доллара, доступ к юаню всегда находится под угрозой аннулирования по политическим соображениям. Теперь становится очевидным, что это утверждение относится ко всем валютам, в том числе и к доллару.

Пока риск для статуса доллара как мировой резервной валюты всё ещё ограничен благодаря тому, что большинство стран поддерживает отношения со Штатами.

Но финансовые и экономические связи между Китаем и странами, попавшими под санкции, обязательно укрепятся, если эти страны не смогут накапливать резервы нигде кроме Китая.

Запад заморозил валютные запасы России, но не заблокировал приток новых долларов и евро. Профицит текущего счёта России оценивается в 20 млрд долл. в месяц за счёт экспорта нефти и газа, которые Евросоюз хочет продолжать покупать. Это валютная выручка компаний-экспортёров. Но введение ЦБ РФ обязательной продажи валютной выручки экспортёров за рубли даёт возможность стране мобилизовать новые валютные резервы, которые теоретически могут быть использованы для оплаты импорта.

Искусственность «денег» как универсального хранилища стоимости рискует быть разрушенной запретом на ключевой экспорт в Россию и бойкотами, о которых на этой неделе объявили многие корпорации, в том числе Apple и Nike.

«Если валютные балансы превратятся в бесполезные компьютерные записи и не будут гарантировать покупку необходимых вещей, — считает Джон Синдро, — Москве было бы рационально прекратить накапливать зелёные бумажки (и эквивалентные этим бумажкам компьютерные записи) и начать запасаться физическим богатством в нефтяных баррелях, а не продавать их Западу. Ну и большая часть российских денег, скорее всего, переместится в золото и китайские активы».

Пример России будет очень показательным, но не том смысле, в каком этого хотели бы организации санкций. Даже страны, не имеющие отношения к конфликту на Украине и не попавшие под санкции, могут захотеть диверсифицировать свои геополитические риски. Похоже, что это будет способствовать дальнейшей деглобализации и закреплению двух отдельных сфер технологической, денежной и военной мощи.

Для Китая это станет шансом нарастить привлекательность юаня, а через него и своё мировое влияние. Сейчас сам Китай владеет валютными резервами на сумму 3,3 трлн долл. В отличие от России, он не может с пользой хранить их в юанях — валюте, которую он печатает. Альтернативой является накопление товарных запасов. Эта проблема создаёт ещё один стимул для Пекина сократить профицит торгового баланса, переориентировав экономику на внутреннее потребление.

Что в этих условиях могут сделать инвесторы? Вероятно, покупать золото. Многие мировые центральные банки, несомненно, будут это делать.