Возможны ли в России массовые кредиты для бизнеса под 4%?

Разбираем позиции сторон в российской дискуссии о денежно-кредитной политике

Консенсус по поводу необходимости обеспечить промышленность возможностью получения дешёвых инвестиционных кредитов практически сложился. Такие кредиты необходимы российской экономике, так как остальные источники инвестиций стали недоступны. В качестве оптимальной ставки чаще всего называют 4%. Это выше, чем в США или Китае, но намного ниже, чем ставки по кредитам в России в последнее время. Сегодня основной вопрос состоит в том, какими будут механизмы выдачи таких кредитов.

В ряде регионов уже существуют программы льготного кредитования, которые предусматривают для получателей инвестиционных кредитов ставку в 3–5%. Пока это достигается субсидированием из регионального бюджета, возмещающего банкам разницу между объявленной льготной ставкой и той, по которой банки могут выдавать эти кредиты (определяется ставкой ЦБ, условиями резервирования в ЦБ и собственными затратами банка). Общий объём таких кредитов ограничивается ресурсами, которые были выделены на субсидии в региональном бюджете (с мультипликатором 10–20, так как бюджетные средства уходят не на весь кредит, а на субсидирование части процентов по нему). Но свободных средств в региональных бюджетах немного, поэтому региональные программы не повлияют на российскую экономику в целом. На федеральном уровне такие программы могли бы иметь значительно больший объём.

Пределы возможностей федерального бюджета

Времена неожиданно высокого профицита федерального бюджета заканчиваются.

С марта по июль 2022 г. совокупные доходы российского бюджета оказались на 6,2% выше прошлогодних. При этом нефтегазовые доходы выросли на 44%, а другие упали по сравнению с аналогичным периодом 2021 г. на 13,5%.

С июня по июль общие доходы бюджета оказались на 14% ниже, чем в прошлом году: нефтегазовые — на 9,3%, а ненефтегазовые — на 16,5%. При этом расходы выросли примерно на 25–27%, в том числе за счёт правительственных мер по стимулированию экономики. Всего за июнь — июль совокупные доходы федерального бюджета составили 3,73 трлн руб. по сравнению с 4,33 трлн руб. в 2021 г., то есть сокращение составило 600 млрд руб., или 13,85%. В июле доходы упали ещё сильнее — на 26% по номиналу.

Причина кроется в том, что нефтегазовый сектор, несмотря на благоприятную внешнюю конъюнктуру из-за укрепления рубля и роста внутренних цен, стал приносить меньше доходов, чем годом ранее: НДС — −41%, акцизы — −26%, налог на прибыль — −33% в сравнении с 2021 г.

Одновременно с сокращением импорта уменьшились и связанные с ним доходы бюджета: −45% НДС и −45% акцизов на ввозимые товары, −60% ввозных пошлин.

В результате совокупные доходы федерального бюджета за первые два месяца 2022 г. увеличились на 40% по отношению к соответствующему периоду 2021 г., но с марта по июль оказались ниже прошлогодних на 8,8% с учётом инфляции.

С января по июль 2022 г. включительно (то есть за семь месяцев) профицит бюджета составил 482 млрд руб. В 2021 г. за тот же период он был равен 1 трлн руб. Но если сравнивать данные нынешнего и прошлого года за июнь — июль, то профицит двух летних месяцев 2021 г. в размере 593 млрд руб. сменился дефицитом в размере около 1 трлн руб.

По предварительным расчётам, с августа по декабрь 2022 г. дефицит может составить до 6 трлн руб.: расходы вырастут на 3,2 трлн, а доходы упадут на 2,5–2,8 трлн. В результате по итогам года дефицит может составить 5,5 трлн руб. Для сравнения: после введения крымских санкций и падения цен на нефть в 2015 г. дефицит бюджета РФ составил 1,96 трлн руб., в 2016 г. — 2,95 трлн руб., а в 2020 г. — 4,1 трлн руб.

Аргументы в пользу эмиссионной накачки

Многие ждут решения проблемы инвестиций от Банка России в виде снижения ключевой ставки и смягчения условий получения кредита. Фактически от ЦБ ожидают эмиссионной накачки отечественной экономики. Аргументы в пользу необходимости такой политики приводятся следующие.

  1. Эмиссионная накачка двух крупнейших экономик мира — Китая и США — составляет, по разным экспертным оценкам, от 20 до 25% ВВП. Долгие годы это обеспечивало их рост, а появившиеся в 2021–2022 гг. проблемы отчасти связаны с локдаунами и нарушением логистических цепочек.
  2. Монетизация российской экономики составляет примерно 40–45% ВВП. Это позволяет производить эмиссию, постепенно повышая монетизацию экономики без серьёзного увеличения инфляционного давления достаточно продолжительное время.
  3. Расширение использования рубля в международных расчётах и создание рублёвой валютной зоны позволяет России получить доход от эмиссии рублей для обслуживания этого товарооборота, подобно тому, как США получили выгоду от обслуживания долларами глобальной мировой торговли.
  4. Если сейчас дать возможность отечественным предпринимателям запустить импортозамещающие производства, то снизившийся из-за санкций импорт будет в значительной степени заменён отечественной продукцией. Если же этого не делать, рано или поздно импортозамещение произойдёт за счёт поставок из-за границы. И неважно, будет это параллельный импорт ушедших из России западных брендов или поставки аналогичной продукции из дружественных стран.
  5. Без доступных кредитов невозможно адаптировать к новым реалиям даже часть существующих сегодня российских предприятий, которые в прошлом работали на западные рынки или сильно зависели от поставок зарубежных комплектующих. Имея техническую возможность перестроить своё производство, но не имея для этого денег, такие предприятия будут закрываться, усиливая спад российской экономики.

Чего опасается ЦБ?

Для Банка России, главные задачи которого — поддержание стабильности рубля и сдерживание инфляции, эти аргументы в значительной мере обесцениваются целым рядом контраргументов.

  1. Российская экономика не похожа ни на китайскую, ни на американскую, как по своей структуре, так и по своему реагированию на те или иные меры денежно-кредитной политики (ДКП). И меры стимулирования, которые хорошо работают в США или КНР, не обязательно дадут такой же результат и в России. В частности, поддержание курса рубля и сдерживание инфляции в РФ в 2000–2010-е гг. требовали гораздо бо́льших усилий и большего ужесточения ДКП, чем в США или КНР (отсюда и меньший уровень монетизации экономики).

Во многом это следствие включённости России в глобальную экономику, причём не совсем на равноправных условиях. Ограничение в допуске российских производителей на глобальные рынки тормозило развитие компаний и способствовало вывозу капитала в страны, где не было таких ограничений. К тому же распространённая в 2000-е гг. и до сих пор не искоренённая в РФ практика откатов побуждала коррупционеров выводить полученные деньги в офшоры. В этих условиях смягчение ДКП лишь провоцировало рост оттока капитала, что усиливало давление на курс рубля. А деньги, которые тратились внутри России, увеличивали не производство (ему некуда было расширяться), а потребление, усугубляя инфляционное воздействие на цены. И перекрытие из-за санкций прежних каналов оттока капитала не отменяет причин, вызывавших такой откат раньше. А значит, он может возобновиться в других направлениях по мере нарастания финансовых потоков между Россией и дружественными странами.

  1. Российская банковская система развивалась в условиях, когда на внутренних рынках отечественным компаниям практически некуда расти, а компании-экспортёры могут кредитоваться на зарубежных рынках под гораздо более низкий процент. Поэтому банки, чтобы существовать, вынуждены либо обслуживать кредитование физических лиц, либо кредитовать валютных спекулянтов на фондовых рынках. Если говорить о долгосрочном кредитовании, то это ипотека и кредитование строительной отрасли. На это заточены компетенции большинства банков и их внутренние регламенты. В то время как опытом кредитования реального производственного сектора обладают немногие. Причём чаще всего речь идёт о кредитовании проектов, лоббируемых государством или частично финансируемых из госбюджета. В этих условиях риск невозврата оказывается меньшим, а необходимость анализа коммерческой перспективности проекта заменяется пониманием бюрократических раскладов в ведомствах — кураторах этого проекта. В результате большинство банков в России на сегодняшний день не обладают компетенциями для проектного финансирования и вряд ли способны их быстро нарастить. Без этого разворачивание кредитования инвестиционных проектов в реальном секторе невозможно. А значительная часть выделенных на это денег рискует пройти через нескольких посредников и вместо инвестиций в импортозамещение оказаться вложенными в валютные спекуляции.
  2. Для того чтобы финансово поддержать инвестиции в реальный сектор, нужно понимать систему приоритетов промышленной политики в стране, а в России она пока не сформулирована. Разные участники рынка по-своему видят развитие импортозамещения, а также роль банков и рынка капитала в обеспечении инвестициями реального сектора. Пример Турции, которая опускает ставку в условиях повышения инфляции, показывает, что стимулированный дешёвыми кредитами рост национальной экономики может не компенсировать последствия внешних шоков.
  3. Система взаимодействия с дружественными странами ещё только выстраивается. И каковы будут правила торговли, трансграничного движения капитала, функционирования общей валютной зоны, пока даже не обсуждается публично. Причём переговоры по большинству из этих вопросов ведутся не представителями ЦБ. Темы переговоров между представителями центробанков ограничиваются вопросами использования в торговле национальных валют, разработки правил валютообменных операций и подключения банков сторон к общей платёжной системе, будь это российская СПФС или китайская система передачи финансовых сообщений.

* * *

Налицо противоречие между всеобщими ожиданиями действий от ЦБ в деле обеспечения внутренних инвестиций и отсутствием реального консенсуса по поводу путей трансформации российской экономики и её приспособления к новым условиям.

Коротко о главном

Еженедельная рассылка с лучшими материалами «Открытого журнала»

Подписаться

Экономический обозреватель
Откройте счёт прямо сейчас

Без минимальной суммы, платы за обслуживание и скрытых комиссий

Открыть счёт
Больше интересных материалов