«Чем дольше инвестор на рынке — тем лучше его результат». Окончание

Интервью директора по инвестициям УК «Открытие» Виталия Исакова для Вестника НАУФОР

Начало здесь и здесь.

— Что же лучше: ПИФ или ДУ?

— Открытый паевой фонд более востребован. В том числе со стороны клиентов частного банковского обслуживания. Я уже подробно рассказал о преимуществах такого формата, в частности о налоговых льготах.

У ДУ тоже есть преимущества, которые для некоторых клиентов могут оказаться решающими. Первое преимущество — возможность вносить/забирать деньги в долларах США (и в другой иностранной валюте). У ПИФа такой опции нет. Для многих клиентов, особенно состоятельных, это принципиально. Они уже имеют определённый объём средств в долларах и не готовы их конвертировать в рубли, получать паи, потом снова ждать конвертации и так далее. Для ряда инвесторов такая овчинка не стоит выделки. Если в момент конвертации происходит существенный скачок курса, ситуация может стать особенно неприятной. Хотя сейчас процедура выдачи/оплаты паёв стала достаточно быстрой, так что риски такого рода минимизированы.

Но всё равно есть клиенты, которые предпочитают вообще не прикасаться к рублям. Для них ДУ — правильный выбор.

Второе преимущество доверительного управления — дивиденды с американского рынка. И в рамках ОПИФ, и БПИФ предусмотрен налог с дивидендов именно по американским акциям по ставке 30%.

В других аспектах преимуществ у ДУ перед фондами, на наш взгляд, нет. Если речь не идёт о суперобеспеченных клиентах, инвестирующих сотни миллионов рублей. Для них реализуются индивидуальные стратегии, в составе которых могут быть и операции с биржевыми фондами.

— Насколько актуальна задача ориентировать клиентов на долгосрочные инвестиции?

— К долгосрочным инвестициям мы склоняем своих инвесторов всеми доступными способами. Объясняем им, что на периоде меньше года пользоваться инструментами коллективного инвестирования не имеет смысла: возможны просадки. Если речь идёт об инвестировании на рынке акций, то мы слёзно умоляем не рассматривать горизонт меньше трёх лет. Причин тому — две. Во-первых, это налоговая льгота, которая применяется лишь по прошествии трёх лет (глупо выбрасывать эти деньги на ветер). Во-вторых, по причине того, что на коротком горизонте результаты рынка акций не поддаются ни прогнозированию, ни управлению.

Можно вложиться в акции хорошей компании, и результаты её будут хорошими из квартала в квартал. Но если крупный держатель решил распродать свой пакет, то цена всё равно будет падать.

Или, например, санкции. Сейчас российский рынок акций вообще не обращает внимания на очередной пакет таковых. Но два-три года назад всё было совсем иначе! В какие-то моменты рынок мог падать на 10% в день.

Если клиент соберётся выйти из инвестиций в период такого падения, пусть кратковременного, то результаты его гарантированно не порадуют. А мы не хотим, чтобы клиент был недоволен! Но на краткосрочном периоде избавиться от колебаний рынка акций невозможно.

На горизонте свыше трёх лет всё происходит совершенно иначе — значимость изменений конъюнктуры на таком сроке снижается, на первый план для результатов инвестирования выходит рост финансовых показателей компании. Конечно, если кто-то вкладывался в 2005 г., то через три года, в 2008, он почти гарантированно получил серьёзные убытки. Но события такого рода, как в 2008, случаются крайне редко. В целом же, чем дольше живёт инвестор на рынке, тем лучше его результат.

— Сейчас активно обсуждаются новые типы ИИС, что вы думаете об этом?

— Ко всем предложениям, которые расширяют возможности инвестора, мы относимся положительно. Особенно если эти инструменты подводят людей к более долгосрочному инвестированию.

Поэтому новые типы ИИС — оцениваем лишь положительно.

— Сейчас предлагается совмещение лицензии страховой компании и УК. Что думаете по этому поводу?

— На мой взгляд, такое новшество не приведёт к революционным изменениям. В больших финансовых группах, как правило, имеются и страховые компании, и управляющие. Разделение компетенций между ними уже сложилось. Если специально для клиентов перевесить пару табличек с одной двери на другую, это мало что изменит.

Что же касается способности маленьких страховщиков перехватить бизнес профессиональных управляющих, то представим следующую картину. Крупная УК работает на рынке 20 лет, имеет публичный трек рекорд, известность, сложившуюся клиентскую базу. Теперь на этот же рынок приходит новая независимая компания, которая не имеет ни зафиксированных успехов, ни опыта — и может всё это клиентам только пообещать. Что ж, желаем таким смельчакам успехов: в их положении они вряд ли придут легко.

— Ваша компания признана лучшей в работе с пенсионными накоплениями ПФР. Насколько важна для вас работа с институциональными инвесторами?

— Конкретно этим портфелем Пенсионного фонда мы управляем с 2004 г. На текущий момент институциональные инвесторы составляют значительную часть нашего бизнеса. Мы работаем на этом рынке давно, успешно и всячески стремимся развивать это направление. Когда бизнес нашей УК только начинался, без денег институциональных клиентов его невозможно было бы поддерживать.

Работа с деньгами ПФР — витрина нашей успешности.

— Какие проблемы индустрии нуждаются, на ваш взгляд, в обсуждении с участием игроков, регулятора, саморегулируемых организаций?

— Неоднозначные моменты в регулировании фондов существуют. Их и надо обсуждать. Например, есть требование о доле ликвидных активов в портфеле инвестиционного фонда. Есть перечни активов, которые считаются ликвидными; и перечни активов, которые такими не считаются. Нормально ли то, что ликвидным активом не считаются деньги на брокерском счёте?

— Деньги вроде бы обладают наивысшей ликвидностью?

— Соглашусь. Для меня как для управляющего наиболее ликвидными являются те позиции, в которые я могу наиболее быстро и легко зайти, не оказав влияния на рынок. Если торговый оборот по какому-то инструменту составляет миллиарды долларов в день, то инструмент ликвиден. Безотносительно к тому, что об этом думает Банк России.

Но на практике акции, входящие в состав индекса S&P 500, считаются ликвидным активом. А ETF с миллиардным оборотом на этот же индекс — не считается.

Кроме того, Банк России считает, что для защиты инвестора следует сократить максимальную долю одного эмитента в составе ПИФа до 10% (какое-то время она составляла 15%). Во-первых, это не соответствует лучшим мировым практикам. Во-вторых, это очевидно избыточная опека. В-третьих, мы видим, что в составе наиболее репрезентативного индикатора российского фондового рынка — в Индексе Московской биржи — максимальная доля одного эмитента (например, «Сбербанка») превышает эту норму. Она достигает 15%, а может быть и выше.

— И как тут быть?

— Тут возникает ещё одна странность. Регулятор позволяет создавать индексный фонд, где можно держать 20% акций, скажем, «Сбербанка». Но есть требование, чтобы динамика этого фонда не отклонялась от динамики соответствующего индекса больше, чем на 0,5% за 20 рабочих дней. На первый взгляд, требование разумное. Но вот мы попытались сделать индексный фонд, который бы соответствовал этому требованию. И столкнулись с тем, что на практике его выполнить невозможно, даже если портфель фонда соответствует индексу до сотых, даже тысячных долей процента. Потому что уровень индекса считается на время закрытия торгов Московской биржи. А стоимость чистых активов ПИФа, который содержит бумаги, торгующиеся на иностранных биржах, управляющий обязан считать по времени закрытия этих бирж. В нашем случае — на 23:00 (мск) или на 00:00 (мск). За это время курс акций того же «Яндекса» может сходить вверх-вниз на 5%, при этом ещё и поменяется курс доллара. Управляющий при этом автоматически вылетает за пределы границ, указанных регулятором. И получает указание на нарушение.

Имеет смысл время от времени пересматривать нормы, которые хорошо сформулированы теоретически, но на практике не работают.

Оригинал полного интервью опубликован в Вестнике НАУФОР № 9 2021 г.