История маклерства в России, подробнее о биржевых маклерах

Биржевые маклеры — «фигура вне времени и пространства»

История маклерства в России

Особое положение на всех биржах мира занимали посредники при заключении сделок. В Англии и Америке их называли stock-brokers, во Франции — courtiers de commerce (торговые маклеры), agents de change (маклеры фондовые) и courtiers de marchandises (маклеры товарные), в Германии — Börsenagenten, Pfuschmaklers, Mäklers, vereidete, в Голландии — makelaar, в Италии — sensale, mezzano, в России — биржевые маклеры.

Автор хорошо известных мемуаров, член Московского биржевого комитета П. А. Бурышкин писал: «Маклер — фигура вне времени и пространства. Везде и всегда тип маклера, более или менее один: приятный собеседник, балагур, хороший застольный компаньон и вообще человек, общение с коим доставляет удовольствие».

В России процесс складывания института биржевых маклеров завершился в начале XIХ в. В 1807 г. по решению Коммерц-коллегии все маклеры были снабжены «маклерскими шнурованными за печатью книгами», куда они были обязаны вносить все заключённые при их посредстве торговые сделки. Совершив торговую сделку, биржевые маклеры выдавали обоим договорившимся через них сторонам торговые записки.

Рис. 1. Биржевое собрание, гравюра
Рис. 1. Биржевое собрание, гравюра

В 1811 г. высочайшим указом Александра I маклеры были приравнены в правах с купечеством.

К этому времени маклеры, особенно на Санкт-Петербургской бирже, уже составляли довольно устойчивую организацию. Это выражалось в стремлении к самообеспечению маклеров и их семейств на случай какого-либо несчастья или инвалидности. Несколько лет они добивались устройства благотворительной кассы. В 1822 г. последовало высочайшее соизволение на утверждение устава кассы в пользу вдов и сирот петербургских маклеров.

В последующие годы положение маклеров неоднократно рассматривалось правительством. Так, Указом Сената от 10 февраля 1827 г., после обсуждения в Государственном совете предложения министра юстиции князя Д. И. Лобанова-Ростовцева, биржевые маклеры приравнивались к категории лиц, которым предоставлялось предпочтительное право удовлетворения претензий к их разорившимся клиентам, согласно 89 пункту первой части Устава о банкротах.

В 1828 г. особому комитету, образованному для составления правил о браковании товаров, было предложено составить проект «Положения о маклерах», который в 1831 г. получил высочайшее утверждение и стал законом. Более ранние законоположения и сложившиеся к тому времени в ежедневной практике правила и обычаи были сведены в одно положение «О звании биржевых маклеров, гофмаклеров, аукционистов, нотариусов, корабельных маклеров и диспашеров». Оно определяло и разъясняло права и обязанности маклеров и гофмаклеров, вводило деление маклеров на биржевых и корабельных, биржевых аукционистов и диспашеров. Количество (или комплект) маклеров на Санкт-Петербургской бирже определялось в 100 человек, но при утверждении министром финансов их могло быть и больше.

Маклерская должность была выборная, но утверждалась правительством. Избрание производилось только торгующими на бирже купцами первой и второй гильдий открытой подачей голосов. В специальной книге против фамилий кандидатов в маклеры, признанных достойными Биржевым комитетом, купцы писали свои фамилии. Получившие в течение трёх дней наибольшее число голосов считались избранными. Маклеры назначались бессрочно, но могли быть отрешены от посреднической деятельности за серьёзные или неоднократные должностные проступки. Они не имели права вести своё коммерческое дело и торговлю, должны были быть свободны от государственной службы и непременно состоять в третьей купеческой гильдии.

Кандидаты в маклеры по новому закону обязаны были быть российскими подданными, возраста не моложе 30 лет, состоять ранее купцом или управляющим у купцов первой и второй гильдии или банкира, или же быть долгое время приказчиком. Из разорившихся коммерсантов к посреднической деятельности на бирже допускались только «несчастные несостоятельные» или так называемые «невинно упадшие» купцы. Им отдавалось предпочтение при прочих равных условиях.

Избранные маклеры затем утверждались Департаментом внешней торговли, приводились к особой присяге и получали специальный знак биржевого маклера — серебряную пластинку с соответствующей надписью, — за который с них взыскивалось 100 рублей ассигнациями. Этот серебряный знак маклеры обязаны были во время биржевых собраний всегда иметь при себе и носить в петлице в доказательство своего звания.

Биржевые маклеры по своему выбору могли заниматься товарными сделками или денежными, вексельными, курсовыми операциями или страхованием. При заключении сделки с их посредничеством маклеры получали куртаж (вознаграждение) с покупателя и продавца; если в сделке участвовала казна, то куртаж маклер получал лишь с частного лица. Размер вознаграждения определялся при сделке с товарами — пополам с покупателя и продавца по полпроцента с каждого, с переводных векселей — четверть процента с продавца или векселедержателя, а со всех прочих денежных оборотов — 1/8 процента. Впрочем, маклерам, по их желанию предоставлялось право «делать противу сего уступку добровольно».

Биржевым маклерам не возбранялось исполнять торговые поручения иностранных купцов по своей должности, но они не могли быть ни у кого постоянными приказчиками. На практике маклеры часто выступали посредниками в спорных делах, возникавших между иностранными и русскими купцами. Иностранные дома иногда входили в сношение с русскими купцами только по рекомендации маклеров, которые хорошо были известны иностранным компаниям.

Из биржевых маклеров министром финансов назначались гофмаклеры, их число точно не определялось и зависело от необходимости. Согласно Положению, они определялись «для наблюдения за правильностью действий биржевых маклеров и для собирания сведений, как о ценах продающихся и покупающихся на бирже товаров, так и о курсах денежном и вексельном». Они также были обязаны уведомлять начальство о занятии незаконным посредничеством и распространении на бирже слухов, вредных для торговли. От гофмаклеров не требовалось довольствоваться только казёнными поручениями, им разрешалось совершать частные сделки наравне с прочими биржевыми посредниками.

В «Положении о маклерах» 1831 г. содержался также раздел о Биржевом комитете, в котором к основной его деятельности относился исключительно только «надзор за благочинием биржевых собраний». Согласно Положению, в состав Биржевого комитета входили «градский глава», гофмаклер как «неприменные члены», три купца первой и второй гильдии, а также три маклера «для отправления письменных дел и для исполнения разных поручений». С этого времени последние стали именоваться «биржевыми старшинами».

В дополнение к «Положению о маклерах» и статьям «Свода учреждений и уставов торговых» в 1840 г. Государственный совет рассмотрел представление министра финансов Е. Ф. Канкрина о праве «биржевых маклеров употреблять в обороты денежные их капиталы». Было решено дополнить статью № 1960 «Свода устава торгового», в которой говорилось, что «биржевой маклер не должен производить на свой счёт покупки и продажи товаров, ни курсовых дел», словами: «и ни заграничных вексельных оборотов; покупку же и учёт акцептованных российскими домами, может он производить и на свой счёт, а также покупать и продавать фонды, паи, акции и отдавать деньги в займы под законные обязательства».

Рис. 2. Извозчики перед зданием Биржи, Санкт-Петербург
Рис. 2. Извозчики перед зданием Биржи, Санкт-Петербург

4 мая 1842 г. Николай I также утвердил представление министра финансов и мнение Государственного совета о распространении правил «Положения о маклерах при Санкт-Петербургском порте» на Московскую биржу.

В 1848 г. в дополнение к преимуществам членов биржевого общества, зафиксированных уставом, председателю Биржевого комитета, гофмаклеру и биржевым старшинам было дано право носить мундир Министерства финансов VI класса.

В 1900 г. по инициативе министра финансов С. Ю. Витте была проведена биржевая реформа, в результате которой из общей Санкт-Петербургской биржи был выделен особый Фондовый отдел. В нём состояли специальные фондовые маклеры, которые получали исключительное право выступать посредниками при заключении сделок с ценными бумагами. Они не выбирались биржевым обществом, как ранее, а назначались министром финансов, который имел право наказать фондового маклера в административном порядке и отстранить его от должности. Комплект фондовых маклеров определялся в количестве 30 человек.

Фондовые маклеры обязаны были внести денежный залог, который предназначался для удовлетворения клиентов, потерпевших убытки от ошибочных действий маклеров. Залог помещался в твёрдопроцентные бумаги на 25 тыс. руб. и держался в Государственном банке. В дальнейшем предусматривалось учреждение маклерами общей кассы.

В 1907 г. комплект фондовых маклеров был увеличен до 45 человек. Число это не являлось предельным и могло быть увеличено. Их количество, без сомнения, могло быть ещё больше, если бы не стеснения, связанные с требованием внесения крупного маклерского залога.

Министерство финансов было вынуждено сначала снизить маклерский взнос с 25 до 15 тыс. руб., но и таковой оказался для многих непосильным. Ежегодно повторялись ходатайства маклеров об отсрочке причитающихся с них взносов. По сведениям Совета фондового отдела, к 1908 г. имелся целый ряд лиц, которые внесли только по 2 тыс. руб., а несколько лиц вообще ничего не вносили.

__

Кстати, если вы хотите поделиться мнением об этой статье или о нашей работе в целом – это можно сделать через форму обратной связи. Напишите нам, и мы обязательно к вам прислушаемся!